Спортивное оборудование и экипировка для любителей и профессионалов

(8652) 77-40-88

Карта проезда                                                 

                                                    

 

 

Хроника «Горной Болезни»

 

Каждый, кто был в горах, независимо от высоты, отдаленности и сложности их маршрутов, знает, что все горы разные. Они бывают большие и маленькие, крутые и не очень, но... со временем все "обрастают" большим колличеством историй, правдивых и придуманных, переплетая людские судьбы, восхищая, заставляя желать большего, ждать и торопиться, чтобы приблизиться, подняться и увидеть, что же там внизу...Кто-то успевает пройти сотни маршрутов в разных уголках мира, а для кого-то единственная высота становится главной целью пути, но для тех и других горы делают жизнь объемной во всех отношениях.

Есть Эльбрус, есть Памир, Гималаи, Альпы и множество других гор, а есть просто ГОРЫ и они у каждого свои. И вот об этих "своих" горах рассказал нам наш клиент Андрей Сабинин.

 

          ИСТОРИЯ О НЕРАЗДЕЛЕННОЙ ЛЮБВИ В ДВУХ ЧАСТЯХ.

 

                                                      "Мои мечты и чувства в сотый раз

                                                       Идут к тебе дорогой пилигримов"

                                                                                      В. Шекспир

 

                                                       «Увечны они, горбаты,

                                                        голодны, полуодеты,

                                                        глаза их полны заката,

                                                        сердца их полны рассвета.»

                                                                                И.Бродский

 

Часть первая

 

Каждый раз, когда я оказываюсь в горах, или рельеф становится чуть более волнистым, чем равнина и степь, начинаю мурлыкать, сначала под нос и тихо, а потом уже, не стесняясь, строчки Гребенщикова из «детей Серебра»:

 

«Сидя на красивом холме, я часто вижу сны,

 Я часто вижу сны, и вот что кажется мне:

 Что дело не в деньгах и не в количестве женщин,

 И не в старом фольклоре, и не в Новой Волне -

 Но мы идем вслепую в странных местах,

 И все, что есть у нас - это радость и страх.»

 

Эта песня БГ, от которого, как посвященные знают, сияние исходит, давно стала «доминантной» в моем поведении в местах мало посещаемых и не очень, после нее только громкое произнесение самых упоминаемых имен государства, вкупе с каким-нибудь подходящим ненормативом русского языка, доставляет такое же удовольствие, но больше – эхо, девятикратно подтверждающее правоту хозяина. Вот на таких холмах, бывает, я и "сижу". 

 

 

Знакомство с горами у каждого, конечно, свое, но, кажется мне, заболевший ими, уже никогда не излечится, никакие прививки не помогут. И сейчас, уже давно перешагнув «момент начала», назовем так ту точку, когда надо было бы всерьез отдаться опасному желанию, я понимаю, что возможно потерял или не приобрел много своих холмов, озер, вершин. Ничего, зато теперь я коллекционирую взрослые эмоции, и они останутся со мною навсегда.

Первый раз в Приэльбрусье я оказался, когда мне было лет 10, наверно, в далеком СССровском детстве, по профсоюзной путевке, полученной отцом на заводе. Помню, что ночевали на какой- то турбазе, может в альплагере, было жутко холодно, а гид не преминул рассказать, что, если сходит лавина, то лагерь она сносит (благо была осень). А зачем тогда строить там, где сходит лавина?! Был традиционный набор советского туриста выходного дня – грибы в осеннем лесу, кладбище альпинистов, угольки шашлыка в придорожном государственном «трактире». Еще гид показывал какую-то дыру в скале и говорил, что это огромная, бездонная пещера, в которой прятались партизаны… Теперь, конечно, понимаю, что могут рассказывать гиды, когда рассказывать им нечего. Помню канатку на Чегете, и красавец Эльбрус напротив. Такой же как сейчас, как тысячи лет назад, и, наверно, через тысячи. Не то, что мы. Вот такой.

 

 

Невозможно забыть Его с голубыми разливами ледников, хищно стремящимися вниз к своим водопадам. Я и не забыл, просто долго было недосуг.

Уже студентом, реализуя тайную страсть к путешествиям, организовывал я походы в Домбае, надо сказать довольно интересными они нам тогда казались. Автобус Ставрополь-Теберда, тяжелые рюкзаки на плечи и пешком вверх по реке, куда сил хватит. Становились лагерем, жили несколько дней, собирали ягоды, грибы, переправлялись вброд, купались в холодной воде, поднимались вверх в поисках впечатлений для будущих снов. Даже вертолет летал ниже, чем мы вскарабкивались, один товарищ даже предположил, что он летает в Домбай за пустыми бутылками, до того настойчиво курсировал этот геликоптер МИ у нас «под ногами». В то время развала «всего и вся» и дефицита, курили мы грузинский чай, ели липкую вермишель с подберезовиками, но фотографий за отсутствием проявителя и фиксажа и вовсе не осталось. Что уж говорить о снаряжении и одежде. Спортивное трико, свитер на все случаи жизни и кеды. Помню рюкзак, долго прослуживший мне верой и правдой: синего цвета толстенная брезентовая ткань с двумя накладными карманами, размером с полведра каждый и верхней утяжкой из веревки, толщиной в указательный палец. Палатку классического цвета хаки брали в прокат, она стойко пару дней «держала» дождь, но весила, думаю, не менее 5-7 кг; правда, однажды, из этой палатки нам удалось увидеть мужественный профиль медведя на фоне полной луны, когда он, мимоходом, завернул в малинник, в котором она стояла. А спальник! Мой шедевр, который я таскал и до и после еще и в археологические экспедиции, представлял собой огромный тюк матрасно-ватного происхождения в брезентовом чехле, а внутрь можно было вложить хэбэшную вставку для гигиены и удобства. Жаль этот раритет весом под 6-7 кг не сохранился. Мимоходом, ярко представив себе того субъекта, одетого в шерстяные трико с обвисшими коленями и полосатый черно-белый (по доступности фотографии) совсем не теплый свитер, в кедах с торчащими вверх носочками, слабо напоминающими хищный взлет keenовской подошвы, сравниваем с увиденным ниже.

 

 

И вот таким сгорбленным (нет-нет, на фото рассказчик облачен и снаряжен достижениями современной outdoor industry, и снято это две недели назад, вы же помните – тогда фиксажа не было в продаже), едва заметным за всем этим туристическим благополучием, повстречал я на подходе к Домбаю (или уже к Алибеку, не вспомнить) Магомедова Руслана, он тогда у нас в институте физкультуру преподавал, а сейчас (не знаю, может и давно уже) краевую альпинистскую федерацию возглавляет. И до того он проникся, возможно, моим упорством в пространственном продвижении, большей частью вверх, несуразной кучи, водруженной на хрупкие студенческие плечи, что чуть ли не сразу меня захотел отправить на ледник Алибек, в целях получения то ли разряда, то ли значка. Но не случилось, а ведь могла родиться такая мечта!!!

Может кто уже скажет, к чему эти воспоминания не взлетевшего орла, голубя, примерившего не свои перья. Ну и пусть говорит! Таких как я большинство и этот рассказ для них, хотя его можно бы и избавить от посторонних объяснений и рефлексий.

Горы остались. Кавказ был и тогда, когда туда и ехать боялись, не то, что пешком ходить. Были и есть озера, реки, труднопроходимые ущелья, нарзаны, грибы, ягоды, форель. Не было Эльбруса, он как то не вспоминался, а Приэльбрусье лишь маячило где то восточнее Мусы-Ачитары, и в хорошую погоду, иногда, вдруг, там оказавшись, можно было выпендриться перед туристом с экскурсионного автобуса, для которого 3012 – уже катастрофа, если надолго, показав совсем неузнаваемую оттуда верхушку – «Эльбрус», неизменно сорвав «спасибо». Такой вот ракурс, например, снято это с того же направления, но ближе к Великану, и с высоты 3000 в ущелье Нахара, над самым высокогорным озером басеейна Кубани – Уллу-Кель (не путайте с маленькой красивой лужицей на одной из фотографий).

 

 

Но в один прекрасный момент я понял, насколько Эльбрус может быть близко. Нет, речь не о канатной дороге по его склонам, не о дубль-Чегете в ясную погоду. Просто однажды он открылся еще с одной стороны, оказалось, что самая лучшая обзорная площадка ГХЛ (Главного Кавказского хребта) на КМВ находится в другом месте, называемом плато Бермамыт, 2600 над уровнем моря, и не всегда проедешь, примерно 35-40 км от Кисловодска в сторону, оставляя слева известный путь через Долину Нарзанов в сторону ущелья и источников Джилы-Су (Кстати, на Джилы-Су я бывал раньше, заехав на внедорожниках со стороны Тырныауза, в 2002 г,про этот маршрут все знают, это начало восхождения на Эльбрус с севера).

ОН оказался таким, казалось - протяни руку и можно дотронуться.

Вечером.

 

                                                           Утром.

 

                                                          Днем.

 

 

Наша компания была единственной, решившей остаться на плато ночевать, судя по отсутствию следов, таких ночевок здесь было немного. Как оказалось не зря их там не было. Ночью поднялся жуткий ветер, пошел снег, ударил мороз, на рассвете на фотосессию мы выползали с большой неохотой и опять…в другую погоду. Утро стремительно разогнало тучи над всем хребтом и Горой, предоставив нашим глазам и фотоаппаратам запоминать оттенки розового на ее восточном склоне. День оказался настолько жарким, что мы успели и обгореть, и подсушить ведро шиповника, собранного около Кисловодска днем ранее. Тогда, три года назад, я уже был готов к природному негостеприимству. Термобелье, штормовые штаны, флиска, шапка, все в исполнении фирмы Озон (OZONE), спальник Tramp – оставили меня в тепле и хорошем расположении духа, несмотря на неучастие в длительной дегустации раритетного «Стрижамента» из запасов моих сотоварищей.

Не думал, что можно еще ближе подъехать к Горе на автомобиле (исключая традиционные маршруты) но годом позднее, мой Патфик, преодолев 11 мостов-мостиков-бродов, проехав 18 км за 3 часа, лунной ночью почти «уперся» в какую-то снежную гору на высоте 2700 метров, забуксовав в камнях и грязи и, только пережив опять бурную ночь, утром я понял, что это северо-западный отрог Эльбруса. Гора второй раз говорила мне, что с ней надо оставаться на «ВЫ». Вот как этот Господин иногда выглядит, если подбираться к нему с той стороны.

 

   А так его видят пассажиры автомобилей, едущих со стороны Карачаевка в сторону Учкулана-Хузрука.

 

 

Выходит, что посмотреть, подойти и пощупать не получилось пока только с грузино-абхазской стороны, за невозможностью такового по причине необходимости в таком раскладе нарушить режим государственной границы. Либо надо идти в поход вокруг Минги Тау, прижимаясь к его юго-восточно склонам как можно ближе…

Вечная Гора, флегматичный Хозяин всей европейской округи, хмуро взирающий на все потуги обойти себя – объехать, два раза предупредил меня о том, что дальнейшая неосведомленность и неподготовленность чреваты, а я ненадолго забыл про него, отдавшись горным лыжам, в полной мере, почувствовав их….на его склонах. Потом случилась КТО.

 

Часть вторая

 

И вот в начале лета этого года, не найдя никакого варианта для интересного уикенда на природе, решились мы с другом попробовать Эльбрус немного, так сказать, «по вертикали», следуя обычным маршрутом кефиро-альпинистов и собственно альпинистов, поскольку последние ходят выше. Никаких «высокоидущих» целей мы не ставили, но одеты были подобающе. Бочки, Приют, Скалы Пастухова – все это впечатлило, удивило и …напрягло. Что же дальше?! Мы здесь были, пили чай, но ушли вниз, решив вернуться. Скоро или не очень, но вернуться, чтобы сделать разумную попытку восхождения. Вообще то я катался на лыжах с 3900 в Церматте, чувствовал себя весьма комфортно, но это лыжи, это быстрый спуск в «зону леса», это комфортный подъем на высоту, это ресторан там же, почти на высоте Маттерхорна. А здесь, на 4800 я не сразу и понял причину легкого покалывания в известном месте, да и голова чуть покружилась при спуске уже на Приют. Вот такие ухари собрались в июне готовиться к Горе. На некоторых фото «ухари» уже понимают, как переменчива погода на Эльбрусе и как она меняется в течение непродолжительного времени.

 

 

Все остальное - не в назидание, это мой (наш) путь, который мы прошли за два с половиной месяца. Дорога, которую кто-то проходит за несколько дней, если за спиной ветрило, но про них написал поэт: «Громады скал у берегов, в клочки изорвано ветрило… Таких немало челноков без цели море погубило». А кому то и целой жизни мало, или не успел или не сложилось. И про них сказано:

 

«За ними поют пустыни,

вспыхивают зарницы,

звезды горят над ними,

и хрипло кричат им птицы:

что мир останется прежним,

да, останется прежним,

ослепительно снежным,

и сомнительно нежным,

мир останется лживым,

мир останется вечным,

может быть, постижимым,

но все-таки бесконечным.

И, значит, не будет толка

от веры в себя да в Бога.

...И, значит, остались только

иллюзия и дорога.»

 

Так или иначе, странниками не рождаются – правильно – ими становятся. Если кое-какая одежда (я о ней упоминал) у нас имелась, то анализ рекомендуемого списка снаряжения и одежды, который есть на многих сетевых ресурсах, в том числе, на мною почитаемом сайте «Экстремтура», лично меня и вдохновил, и расстроил. В первом случае я становился бы обладателем универсального набора «снаряги» для серьезно путешествующих на относительно больших высотах (скажем проще - думающих о себе, как о серьезно путешествующих), во втором приходилось признать, что имеющийся у меня комплект в целом и недостаточен и малофункционален для предстоящего похода (то, что это поход, я не сомневался с самого начала).

Вывод первый, который пришлось сделать: «Хочешь лазить на большие горы – зарабатывай деньги».  Либо купи валенки и овечий тулуп – будет тепло и особенно - для зимнего восхождения. Но вес большой. Первый советский восходитель на зимний Эльбрус, известный альпинист А. Гусев, руководил военной операцией в феврале 1943 г. по водружению красных флагов на обе вершины Эльбруса (соответственно, сначала военные спецы сорвали фашистские флаги). Так вот он и рассказывал о шапках-ушанках, валенках и тулупах, которые спасли жизнь многим восходителям. С уверенностью могу сказать, что в определенный момент «снаряжно-вещевой» подготовки сотрудники магазинов уже переводили дух от того количества вопросов, которые мне им пришлось задать. Оправдываюсь тем, что настоящий турист-альпинист другим быть и не может, да и не должен.Очень важно наличие РЕАЛЬНО теплых вещей. Малейший ветер, и вы замерзаете. Обязательно не менее двух комплектов термобелья, после любой физической активности, надо один поменять на другой, и пусть второй комплект пойдет вместо банки тушенки (с консервантами). Штормовой костюм должен защищать от ветра и снега, который на Эльбрусе иногда похож на иголки, которые россыпью раскидывает с неба Снежная Королева, и ладно сердце, но во все остальные места жалят они больно. Я обошел-объехал все основные специализированные магазины Юга, был в Москве, может что-то приобрел и лишнее, но на Горе…все пригодилось.Так или иначе, но к началу похода я был полностью укомплектован и одет, находясь технически в полной готовности к свершениям и покорениям. Время напряглось в ожидании… показать.

Природная обстоятельность и понимание серьезности и опасности задуманного мероприятия заставили перелопатить весь интернет и даже некоторые варианты печатной продукции современности на заданную тему. Не останавливаюсь на бесконечных вздохах-охах-ахах-описаниях восхождений, там либо одна хроника ползущих вверх и пикирующих вниз бедолаг, либо экспресс - тесты людей, бегающих горные марафоны вечером после легкой закуски из сала и помидоров. Было ясно и стало понятно, что двух-трех дневные походы к озерам и небу, которое становится ближе на 3000 метров, не являются достаточными в плане физической готовности для восхождения на Эльбрус. Да, изнурительные подъемы с тяжелым рюкзаком, как правило по жаре, но бывает и под дождем, ночевки под ураганным ветром, гнущим к земле палатки (не страшно, с туристами не улетит), комары и мухи, залетающие на вдохе в неосторожно открытый и пересохший рот – все это определенная тренировка и способность перетерпеть ради цели. Здесь цель была другая. Все предыдущие разведки вокруг и субботний забег на саму Гору в ее средней, можно сказать, части, показали, что физические возможности здесь необходимы иного рода - другой уровень выносливости. Что можно сделать с телом, которое 20 лет уничтожалось шашлыком, алкоголем и никотином?! Какую мотивацию придумать для его хозяина, чтобы он мог, если не отказаться от всех привычных радостей, то, хотя бы, ограничить их и найти другие?! Ответы на эти вопросы найти трудно, так же как и на главный: «Что ты собираешься увидеть с вершины Эльбруса?» Тем не менее, анализ многих источников, проведенный партнерами предстоящего проекта, привел к выводу: надо бегать и бегать, по возможности, длинные дистанции, хотя бы 10-12 км за один час или чуть больше. Наверно, для спортсмена это несложно или, если есть длительный опыт в беге. Я же не бегал с института, а тогда, 25 лет назад бегал исключительно по необходимости и с нежеланием - кололо и болело везде, не мое это было. И вот этот человек, прикупив технологичные трусы и майку, начинает бегать каждый день, в жару и дождь. Скажу сразу, я не добегал до рекомендуемых результатов, думаю, что 2 месяца – маленький срок для спортивных свершений человека, никогда серьезно этим не занимавшегося. Партнер тоже бегал, но не каждый день. Чуть двинулся вниз вес (совсем немного), изменился размер (ага, снаряга нужна другая), перестали хрустеть и побаливать ноги – решили меня поддержать. Нет, хрустят, но уже не так. Турник, забытый с тех же времен, приветливо встретил металлическим запахом. Чудес не было, но к началу похода мои ослабшие руки могли, худо-бедно, вознести вверх гордый подбородок своего хозяина по схеме 8-7-6-5-4-4-3-2-1. И то дело! Кстати, все великие альпинисты (так как я не знаю понятия «великий турист») придавали большое значение именно кроссам на большие дистанции. Уважаемый мною А.Букреев и сам бегал, и нам завещал. В своей книге о катастрофе на Эвересте в 1996 г. он рассказывает об одном восходителе – Н. Белдмане – в том ключе, что он, как гид-инструктор, не сильно за того переживал, поскольку Белдман бегал марафоны(!). Во как, аж марафоны, куда уж нам. Сейчас по сети кочует тема о том, что гималайско-памирско-тяньшанские коммерческие восхождения часто заканчиваются для туристов-альпинистов, так и не начавшись. Возможно, не желая реально оказать весь объем услуг по восхождению, где результат всегда непредсказуем, гиды и организаторы запугивают клиента, если тот, вдруг, скажет, что он не бегал еженедельный марафон. Некоторые «проминаются», нервничают и …отказываются от своих планов, даже теряя громадные деньги. Я там не был, те кто был - так пишут. Но истина то вырисовывается та же: бегай – бегай больше – бегай чаще. Если не получается, падай на охрану дивана, включай TV и смотри фильм «Лендровер на Эльбрусе». А потом… бегай.

Вывод второй, главный: «Тренируйся, занимайся, готовься». На вершину и с вершины пойдут только твои ноги и дышать эти ноги будут только твоими легкими.

Есть еще третий аспект, который могут пропустить давние и настоящие сторонники здорового образа жизни, не «сумевшие» к моменту попытки реализации своей мечты «5642» настолько испортить или растерять свое здоровье, что им это и не важно, даже для прочтения (если только из уважения к автору). На самом деле, я с некоторых пор и не думал ни о каком экстриме, даже лыжи были экстримом. Это просто «клин клином» решил вышибить. Не буду называть, но решение «идти на Эльбрус» я принял, обладая рядом изъянов в здоровье, которые противопоказаны при горных восхождениях, и врачи не рекомендуют такие опыты. Скажу только, что питание в горном походе, в моем случае, уже проблема, не говоря о проницаемости и воспримчивости мышечных тканей к кислороду. Всегда были проблемы с коленями, ноги весьма активно «гребли» вверх, и настоящим мучением было спуститься вниз. В этот раз ничего такого не случилось ни разу, наверное, спасибо БЕГУ. Я сформировал свою аптечку для похода, возможно она была чрезмерно велика, но лучше больше, чем, когда закончился парацетамол или аспирин, а голова болит, и температура. Прочитав правильные книги, учел в составе этой аптечки и собственно медикаментозные средства, и витаминные комплексы, и даже специальные препараты, применяемые в горных условиях. Все я не применил, может перестарался?!

Вывод третий: «Следи за здоровьем, помогай ему, чтобы оно помогло тебе».

Не меньшее внимание было уделено подбору и закупке продовольствия, в этих целях сначала я изучил публикации о рационе питания в горах и отчеты о поэтапном, в гималайском стиле, восхождении на Эльбрус. И, если количество нашего продуктового пайка оказалось излишним, то ассортименту и качеству подобранных продуктов могла бы позавидовать любая команда со-восходителей. Наш пищеблок мог порадовать 4-мя видами каш, причем не бестолковыми «быстровыми», сыровяленой колбасой, сыром, различными паштетами, салом, закусками из фасоли и кабачков. Уже не говорю о нескольких видах орехов, кураге, черносливе, лимонах в боярышниковом меде и компотной смеси для приготовления горячего питья, которая с добавлением шиповника «прошла на ура», особенно уже на Приюте, когда нас заперла непогода, выпивали чайник на 5 литров как стакан воды. Я даже подумывал взять красную икру, для поддержания тонуса, так сказать, но остановила жара.

Вывод четвертый: «Питаться надо вкусной и здоровой пищей, и есть ее с удовольствием».

Долго ли, коротко ли, но в третьей декаде августа наша команда из четырех человек выдвинулась в сторону Эльбруса с целью высказать ему свою просьбу о восхождении. Причем двое из команды изначально и не собирались «идти долго, дышать глубоко», они составляли группу поддержки остальных. Как уже стало понятно читателю, мы не воспользовались ни одним из предложенных вариантов коммерческого восхождения, прочитав, возможно, обо всех. Почему? Имеющиеся на рынке Эльбрус-восхождений варианты достаточно однотипны и приемлемы для туристов, приехавших издалека. Для них нужно организовать трансфер, разместить в гостинице, обеспечить питанием и т.д. и т.п. Все это не было проблемой для нас, сами приехали, сами закупили продовольствие, сами разместились в верхней части Терскола в бивуаке. Кроме того, не устраивало главное – на восхождение в таких турах отводится один основной день и один дополнительный, в случае непогоды, а потом вся группа снимается и уезжает. Мы же имели возможность раздвинуть рамки своего присутствия на Эльбрусе.

Открытым оставался основной вопрос – кто нас поведет на Гору, кто будет гидом-проводником? Самостоятельно лезть мы не собирались. Мне запомнились слова первого балкарского восходителя на Эверест, до этого 220 раз побывавшего, большей частью по роду службы, на Эльбрусе – Абдул-Халима Ольмезова, сказанные им в интервью, о том, что правильным является то, что каждый восходитель должен иметь своего гида. Ольмезова мы сразу не нашли, а то его бы и попросили, хотя вряд ли ему это теперь интересно, но, может быть, получили бы рекомендации. Поэтому вечером первого же дня пребывания мы установили контакт с МЧС, местные сотрудники которой как в свободное, так и в служебное время, оказывают услуги гидов-проводников, причем за довольно приемлемые деньги. В пользу этих молодых балкарцев говорит многое. Во-первых, они подготовлены и полны здоровья, во-вторых, знают Эльбрус не понаслышке, много раз бывали на нем, в том числе в условиях экстремальных, в-третьих, имеют средства связи, которых не было у нас, в-четвертых, готовы ждать погодного окна столько, сколько его будем ждать мы, в-пятых, правильно понимают пожелания заказчиков. Очевидные плюсы, чтобы их игнорировать.

Не стану утомлять реальной хроникой нашего пребывания, «день первый-второй-третий…», это скучно. Мы провели несколько замечательных суток в Терсколе и окрестностях, ночуя в бивуаке в палатках, общаясь с кучей интересных личностей, вкушая суп из белых грибов, собранных здесь же.

 

 

Следуя алгоритму акклиматизации, мы совершили пешие выходы на Чегет, к водопаду «Девичьи косы» и обсерватории, сделали заброску продовольствия на приют, опять же пешком, но от Бочек. Все как в книгах: поднимайся выше, ночуй ниже, только высоту ночевки, естественно, не поднимали. На бивуаке мы повстречали поляка, приехавшего для участия в предстоящем забеге на Эльбрус, так этот парень, скромно закусив с нашего стола, сказал, что ему надо «бежать», с ударением на первый слог и, действительно, убежал в сумерках на Бочки, вернувшись обратно раньше, чем мы закончили ужинать. На следующий день он ушел на Приют, переночевал и с 8 до 12 поднялся на вершину, как он сказал, «для акклиматизации». И это после автостопа из Польши, почти без отдыха. Повстречали Александра Петровича из Белгорода, 75 лет, который первый раз поднялся на Эльбрус в 1957, а седьмой уже при нас, в последний удачный день по погоде. Был еще один незабываемый кадр, пенсионер Юра из Ярославля. Ему оказалось мало в этом сезоне автопробега до Владивостока и обратно на «копейке», так он еще приехал в Приэльбрусье, перебрал на бивуаке забарахливший двигатель и пошел прогуляться на скалы Пастухова. Ниже шедевр русской мысли, левши-правши были, есть и будут, эти кошки изготовлены Юрой и успешно используются им при восхождении на Эльбрус, во всяком случае до 4800 (рука моя).

 

 

Да и хозяйка бивуака – Аида – оказалась весьма обаятельной молодой балкаркой, много чего интересного рассказала о местных нравах.

Вывод пятый: Ночуйте в бивуаках, дешево и природа рядом. Например, такой вечер.

 

 

Многие из тех туристов-альпинистов, которых мы повстречали, спешили на Гору, вот-вот ожидая сильного ветра и ухудшения походы. Мы же решили не форсировать события, освоившись на высоте получше, и только в последний, как потом оказалось, день перед непогодой, поднялись на Приют 11. И хотя притащили с собой палатку, решено было остановиться все же в вагончике отеля с названием «Мария» (?!?!?!). В нашем 3-комнатном, 16-ти местном люксе мы оказались одни, а из рекламного листка узнали, что находимся в самом высокогорном отеле Европы, с чем спорить невозможно. Недавно в сети появилось фото и описание якобы самой высокогорной хижины Европы – Солвей Хут, расположенной на высоте 4000 м на Маттерхорне в Швейцарии. Я лично видел эту хижину, притулившуюся на почти отвесном скальном склоне, к ней, конечно, не подъедешь как к отелю «Мария» на ратраке, но, как ни крути, именно наша «Мария-вагон» и есть самый высокогорный в Европе отель!

«Мария» предложила весьма сносные условия проживания за 500 рублей в сутки с человека, хибара не продувается, так как является "сэндвичем", имеется газ и печь, огромный чайник тоже оказался кстати. Думаю, что проблемно было бы проживать в этом люксе с «полной загрузкой», 10-15 обездвиженных непогодой мужчин друг друга бы погрызли на сухари. А, если бы там еще оказались и женщины? Страшно и представить.

В первый же день пребывания мы совершили выход на нижнюю гряду скал Пастухова, стремительно поднявшись, попили чайку, но погода портилась также быстро, и мы долго там не задержались. По пути вниз встретили мужика в толстом вязаном свитере и без шапки, довольно крупным и крепким казался этот человек. Его рюкзак напоминал «тот» мой, доисторический, только был еще больше и явно тяжелее. Вечерело, и мы спросили его не поздновато ли он решил подниматься, да и куда собственно?! «До темноты далеко, а заночевать можно где угодно»- таков был ответ. Люблю оптимистов, они делают нашу, жизнь пессимистов, краше и интереснее! Но больше мы его не видели. Надеюсь у него все сложилось удачно.

 

 

Казалось бы, такая несложная прогулка, но по возвращении один партнер сразу беззвучно уполз на лежак, а потом и в спальник, я же чуть крепился, и, даже напившись вдоволь узварчика, все равно спланировал зябнуть и страдать в соседний кокон. Ночь не предвещала никаких ужасов, утро было хоть и не приветливым, но вполне сносным для очередных разминок. Голова моя болела, так, как будто ее долго у меня не было, а потом ее вернули, и она привыкает. Как то так. Пришлось заставить себя, и втроем мы опять двинулись на скалы, забравшись, как положено на 4800. Партнер, заболевший вчера, с нами не пошел, видимо накрыло его сильно. Бывает. На скалах Пастухова, где 4800, и уже, я бы сказал, прохладно, мои друзья вдруг сразу забоялись замерзнуть. Штурмовые костюмы без должной поддевки, не говоря уже о пуховой поддевочке, которой у них тоже не было, абы какие ботинки на хэбэшные носки – сделали свое дело. Только я расположился на чаепитие, правда загажено все вокруг, просто ужас, и не сдувает же, как мои спутники засобирались вниз. Я же лениво натянул свой гибридный пуховичок, виндблок-перчаточки и неторопливо вкусил прелести собственноручно приготовленного напитка из сухофруктов с добавлениям боярышника и шиповника. Но заволакивать и небо, и склон стало так, что я тоже долго не задержался, и, вгрызаясь своими Grivellями, ничуть не замерзнув в LaSportive, минут за 30 спокойно спланировал в наш отельчик.

Следующий день планировался к спуску вниз, чтобы отдохнуть и вновь вернуться, уже для старта, как раз должен был заступить на смену наш МЧСовец, лагерь которого как раз напротив «Марии». Вторая половина ночи накануне дня спуска и стала началом конца этого путешествия. В 2 часа ничего не предвещало циклона, и, выгнанный под луну неумеренным потреблением вкусного чае-компота, я только наблюдал на зловещие «тучи Саакашвили» как сам и окрестил любые небесные скопления со стороны Донгузоруна и правее, юго-западнее. Голова уже болела, не переставая, поэтому, вспомнив, что терпеть это нельзя, пришлось ее полечить таблеточкой. Утром коллектив проснулся от жуткого завывания и грохота, было ощущение, что всех нас вместе с вагончиком поместили внутрь пылесоса и забыли его выключить. Выйти удавалось лишь на время, без надобности нос было не высунуть. Мелкие крупицы то ли снега, то ли града больно кусались, почти как собаки и жалили, словно осы попав в лицо или на руки. Сила ветра была никак не менее 30-40 м/с, на вершине до 70 м/с, то есть около 200 км/ч. Бездействие угнетало, прогноз был неутешителен, и мы не знали, сколько пробудем в таком положении. Умные слиняли еще вчера. Также стало ясно, что на вершину идти мне одному. Ничего, бывает, и я болею. Вечером в наши апартаменты ввалились новые знакомые с бивуака, челябинцы Женя и Сергей. Они мужественно жили три дня в палатке, под базой МЧС, весь последний день сражались с ураганом и колким снегом, удерживая свое жилище уже почти «вручную». Когда палатка дала течь, и дальнейшее скаутство стало бессмысленным, ребята вспомнили о приглашении и стали нашими гостями. Двести метров, которые разделяли наши хибары, мужики преодолели, напялив на себя все теплое, что у них было, даже верхонки одели, да и те промокли почти. Вшестером стало веселее, некоторым, правда, выпить было нечего, но об этом забылось, и рассказы бывалого альпиняги Евгения надолго отодвинули нашу тоску и безнадежность. Спать легли поздно, решив назавтра любыми путями двинуться вниз, чтобы отдохнуть. Я себя уже ловил на «эффекте 25 кадра»: дышу вроде бы ровно, размеренно, как, вдруг, легкие спохватываются, заставляют резко и судорожно схватить воздух лишний раз и…успокаиваются. Недолго, и все повторяется. Не скажу, чтобы эти три ночи сильно уж мучила бессоница, но ворочался и просыпался очень-очень часто, да и сны были какие-то нереально длинные и красивые.

Утро выдалось хмурым и неприветливым, но ветер стих, и наверх потянулись редкие ручейки туристов-альпинистов. Наша бригада стремительно собралась и рванула вниз, а челябинские друзья решили подняться на акклиматизацию, поскольку они там еще не были, а потом присоединиться к нам. Также выяснилось, что без происшествий ураган не закончился. Ветер порвал в клочья палатку ночевавших на скалах Пастухова девушек, и те, вынуждены были подать SOS, МЧСники забирали девченок в кромешном урагане.

Поскольку наверх мы затаскивали вещи и продукты два раза, а вниз тащили это все за один, зрелище было интересное, во всяком случае, мне было нелегко идти даже вниз, а поленившись нацепить кошки, я пожалел неоднократно, так как замерзший снег коварно проскальзывал под ногами, и я, несколько раз оступался и терял равновесие на спуске. Нельзя нести в рюкзаке то, что должно «идти на ногах»! На бочках, завидев нас издалека, вывалилась команда, вся как один, разодетая в краснопуховый Bask и засыпала вопросами «что да как». Они-то просидели просто под дождем, да и ветер был не такой сильный. Ребята переживали, у них остался один день на восхождение, обратные билеты поджимали. Назавтра мне перезвонил один из них, сказал, что поднялись, поймав буквально окно длиною в час, потом опять поднялся буран. Правда парни решили сэкономить силы и время, памятуя о проблемах с погодой и заехали всей бандой на ратраке аж на 5000; этот пример до непогоды подал А.Абрамов с клиентами и какие-то немцы, снимавшие на седловине фильм (интересно какой и о чем?!), этих уже и мы видели... Но одного из этого Bask- коллектива все же снимали спасатели, парень потерял сознание.

 

 

Вечером того же дня, дождавшись челябинских друзей, мы, сначала попарившись в баньке на дровах, отправились в кафе «Купол», куда по нашей просьбе позвали его хозяина и дважды «Эверест-восходителя» А.Х. Ольмезова. Надо сказать, он оказался весьма интересным собеседником и милейшим человеком. Хотел бы я себе такого гида.

Следующий день оказался опять облачным и дождливым, мы уныло куковали в палатках, изредка выползая погреться к костру и попить чаю. Перспективы были вновь неясны. Понятно было, что подниматься мне не с кем, а всем остальным надо возвращаться домой. Сначала я думал присоединиться к челябинской спарке, они и приглашали, и рады были, но сомнение вызвало поведение бывалого Евгения, который не скрывал своей «горной обособленности» от нас чайников. Сергей же горел изнутри жаждой вершины, его уже было ничем не повернуть. У челябинцев была еще неделя, и наутро они засобирались наверх, а наша бригада – вниз. Эльбрус не пустил меня уже в третий раз, хотя этот был первым из серьезных шагов к его вершине.

Как потом оказалось, следующий день оказался первым замечательным и идеальным по погоде, без ветра и единого облака. Парни поднялись, Женя все же бросил Серегу на полпути, тихо утопав вперед, и наш новый друг, умотавшись донельзя поднялся и спустился сам, позвонив мне сразу, чтобы поделиться победой. Уже потом Сергей встретится вновь с Абдул Халимом, и тот вручит ему сертификат федерации альпинизма КБР о восхождении на Эльбрус. Мы за него очень рады. Я же на всю следующую неделю «прилип» к вебкамерам Эльбруса, чтобы с тоской смотреть на лазурное небо над его белоснежными холмами – погода вновь установилась шикарная, какая редко бывает. Сергей отнес на западную вершину фенечки, которые сплели мои дочуры, теперь эти детские художества лежат там и ждут меня, когда я вернусь, поднимусь и заберу их обратно. Другого уже не дано.

 

 

                               

                                            ©2012 "Экстрем Тур"

Партнеры

Left
  • VENTO
  • Skif
  • СКФА
  • ak-sai
  • kcetk
  • Клуб любителей путешествий
  • OZONE
  • MORE ГОР
  • Гид-проводник
  • Турагенство ЭТС
Right